Vadim Rosin

Поэзия и Проза

Забудь меня

Романс типа

Сад опустел. Всё. Кончилась малина.
Мост рухнул и лежит на дне реки,
а от горшка остались черепки —
видать была не качественной глина.

И нам уже не пить компот из вишен,
и не исполнить душ своих каприз.
Кого-то путь и приведёт на крышу,
а мне теперь осталось только вниз.

«Забудь меня!» — душа упала в бездну, —
«и не пиши» — она сказала мне.
Пронзило грудь, погас вдруг свет в окне..
Всё кончено теперь, всё бесполезно.

Так вот о дружбе: штука неплохая,
разбито об неё немало лбов.
и никогда бы не писал стиха я,
когда б она не проросла в любовЪ

Шопен. Этюд №12 Соч. 10

Революционный

Это как залп после команды «пли».
Взметнулся вихрь над до-минорным ладом,
меня вдруг оторвало от земли
и понесло … туда… на баррикады,
по бурунам,
под рвущий мозг мотив,
что чудище во фраке выгрызало
из клавиш
и швыряло в пропасть зала,
как огненные стрелы из тетив.
Пассажи от него неслись от к сердцам.
Они как буревестники в лазури,
сжигали, наполняли жаждой бури:
«Мир хижинам, война дворцам!»
……………………………..
Потом всё стихло.
Публика спокойно,
с думой о светлом, покидала зал.
«Концерт окончен, —
кто-то вдруг сказал, —
теперь пора нам возвращаться в стойло».

27.09. 2021г.

Марине Царь-Волковой

сонет

Из лебеды ли, из другого «сора»
плетут стихи, сам чёрт не разберёт…
а ты из сосен, из хрустальных вод,
рисуешь, пишешь, вяжешь, ткёшь узоры.

Твоих стихов волшебная палитра
из помыслов, из пламени, из нег.
Они честны, чисты как первый снег,
и всем понятны, даже «без поллитры».

Ступаю ли в зелёные дубравы,
или вхожу под сень твоих берёз,
как под эгиду храмов златоглавых,
и не могу сдержать порою слёз.

Тебе главенство отдаю по праву.
Но ты не задирай, Царица, нос.

С Днём Рождения.

7 июля 2021 г.

Три сонета для Лары

1.классический

Я обещал тебе классический сонет.
Когда взмахнёт крылом-пером Жар-Птица,
душа не может не воспламениться,
и вот как мошка я рванул на свет.

Пытался как-то вырвать из тенет,
в которые попала Птица-Счастье,
но оказался над Судьбой не властен.
Она сказала твёрдо, властно «нет».

Я понимаю, был не осторожен
в своём желанье разорвать узду.
Увы, «ты можешь, вылезти из кожи,

но только лишь накликаешь беду,
«Платон мне друг, но истина дороже».
Цветы же лучше рвать в своём саду.

2. ординарный

Твои стихи – продукт ума, таланта,
к себе влекут как чудо хохломы,
как ноты из любимого анданте,
дают надежду, навевают сны;
они как лучик света в царстве Данте,
без них словно свиданье без Луны.

Они пьянят волшебным ароматом
как марочное крымское вино,
но «пить» их не всегда разрешено,
за вольность ждёт жестокая расплата.

Я ими не однажды был согрет,
но преступал дозволенные грани,
ведь словом можно врачевать и… ранить,
зажечь, но и гасить душевный свет.

3. заздравный

Заздравную пою тебе, моя душа,
шлю пламенный привет с брегов Тавриды,
избавь нас Бог от бед и от ковида,
чтоб соловьи — в душе, а не в ушах.*

Избавь, Господь, тебя от нервных пыток,
терзающие душу, мозг и слух,
да укрепит твои пусть плоть и дух…
а «лошадь» чтоб «отбросила копыта».

Чтоб сердце полыхало жаром лета,
я выпью залпом, мэм, настой травы,
из Вашей «планетарной» ендовы.
Из тех семи ты’ – главная планета.
Пусть полнится душа «Осенним» светом,
идущим к нам сюда с брегов Москвы.

20.07.2021

*- когда звон цикад в ушах переходит в свист (Соловья Разбойника)

Валентине Шугоревой

Сонет типа

Ваши стихи, madam, бесценный клад,
помимо звёзд, цикад и всякой хрени,
в них жар коррид, французский аромат
клемата с русским запахом сирени.
Они – моё лекарство от мигрени.

Услышав сквозь берёз зелёный дым
любимое тобой «Tombe la neige»,
и сам словно жеребчик на манеже,
почувствовал себя вдруг молодым,

И зацвели опять в душе сады,
и в пелене «лебяжьего тумана»
просвет – жемчужный голос Далиды.
Он был для нас как доза наркоману…
Куды всё подевалося, куды?!

Веник из сонетов для Лары.

I
Я сплету тебе венок из крымских роз,
что цветут здесь под моим окном,
чтоб пила ты аромат их перед сном,
думая про Ялту и Форос.

Мы пройдём с тобой вдоль пламенных алей
в Воронцовском ботаническом саду,
по которым я сейчас бреду
с думою одной… про юбилей.

Я, увы, не Данте, не Шекспир,
чтоб парить, но их теплом согрет,
думаю смогу пробить эфир,
чтоб тебя порадовать, мой свет.
Мне бы лишь поспеть на братский пир,
чтоб в душе твоей оставить след.

II
Чтоб в душе твоей оставить след
розами, лавандой и геранью.
Уберу шипы, чтоб не поранить…
не испортить праздничный банкет.

Соберётся как обычно трио:
Звездочёт, Степанов… Из окна
твоего вся Родина видна,
ну а если в телескоп и Рио…

Говорят, теперь с Московских крыш,
ежели в хорошую погоду
можно видеть даже и Париж.

Твой кумир, кому слагали оды,
уж не тот от погребов до крыш.
Он теряет шарм свой год от году.

III
Он теряет шарм свой год от году.
Снял закон узду с людских страстей
и житья не стало от гостей.
Такова, увы, цена свободы.

К горлу подбирается комок,
когда видишь как по воле рока
снова орды движутся с Востока,
как он под напором изнемог.

Как и прежде катит волны Сена,
манит фонарями Мулен Руж,
но не стало слышно Джо Дасена…

Мне же не хватает русских стуж,
во поле берёзки, стога сена…
Да простит мне Лара эту чушь.

IV
Да простит мне Лара эту чушь,
что я горожу тут на досуге.
Всё-то возвращается на круги.
Хоть не верю я в переселенье душ,

только вот мне кажется порой,
раньше мы с тобой уже встречались
там где серебрятся крылья чаек
в воздухе над синею волной.

Гальку перекатывал прибой,
а в воде резвились нереиды,
и огромный купол голубой
в наши души излучал флюиды.

Зря я издевался над Судьбой,
всё в руках Фортуны и… Фемиды.

V
Всё в руках Фортуны и Фемиды,
перед ними и держать ответ.
В Рай никто не выпишет билет…
Можно своим ходом… до Тавриды,

в виноградно-персиковый рай
благодатной Альминской долины,
(из столицы путь не очень длинный);
или прямиком в Бахчисарай,

посетить покои пленниц ханов –
птиц здесь живших в клетках золотых
под надзором евнухов-тиранов.

Сколько же пролито слёз святых
в тишине у мраморных фонтанов
рассказать могли бы нам цветы.

VI
Рассказать могли бы нам цветы,
если б только говорить умели.
О, какие страсти здесь кипели!
Цитадель, где рушились мечты.

Но, довольно, думаю, печалей,
пусть они уходят в глубь веков.
Мы, душа моя, сейчас легко
полетим с тобой в обитель чаек.

Миновав Байдары и Форос,
через перевал к брегам Тавриды,
прямо в Никиту, в долину роз,
в новые Сады Семирамиды.

Ты Массандре низко поклонись,
нас с тобой там встретит Дионис.

VII
Нас с тобой там встретит Дионис,
солнышком, что плещется в бокале.
Чтоб судить о качестве медалей,
мы «споём» с ним, и не раз, на бис.

Как приятно после рандеву
с Дионисом взять ладонь в ладонь и,
словно бы Венера и Адонис,
броситься в морскую синеву,

погрузиться с головой в пучину
сдаться в плен морскому божеству.
Ревновать, конечно, есть причина —
Посейдон хоть бог, но всё ж мужчина,
правда, он не склонен к баловству.

А потом конечно же в Москву.

VIII
А потом конечно же в Москву.
Из морских объятий к златоглавой.
Кто туда домой, а кто за славой,
я — спасать невинную главу.

Кто ж с Катрин Медичи не знаком…
Жаль что ты не Макбет, не Медея.
У меня вот родилась идея:
ты могла бы «лошадь» «новичком»…

Я не стал бы к Господу взывать.
Чтоб тебе избавиться от пыток,
надо предложить попринимать
«лошади» тот дьявольский напиток.

Есть у нас дуэт Петров-Баширов,
чтобы дело завершилось «миром».

IX
Чтобы дело завершилось «миром»,
Пригласи-ка в гости ты Шуру’,
урезонить эту кенгуру,
коль не можешь извести клавиром.

Пусть «творит добро», а как иначе?
Заведи знакомство со Шнуром,
уж Сергей «за жизнь» с ней посудачит…
коль сама ты можешь лишь пером,

добрым словом, ты же мать Тереза.
Стоит ли твоих душевных трат
та «лошара»? Ты ж не из железа,
чтоб сносить годами этот Ад.
Выпей-ка ты рюмочку шартреза
и тогда сам чёрт тебе не брат.

X
И тогда сам чёрт тебе не брат.
И на отдых, в рощу, к кислороду.
Он течёт рекой по небосводу.
Видишь вон стоят берёзки в ряд.
Ты же, в их купаясь позолоте,
сразу приближаешься к мечте,
видя в каждой веточке, в листе
гармоничный сплав души и плоти.

Нет поры прекраснее, чем Осень.
Ангел пишет на живом холсте,
как берёзки между пихт и сосен,
обнажаясь, вертят фуэте,
между тем как крымский друг твой Росин
гимн слагает вечной красоте.

XI
Гимн слагает вечной красоте.
Что сказать, давно уже не те мы,
да и времена уже не те,
Но цветут как прежде хризантемы.

Их хоть и коснулось увяданье,
в сердце навевающее грусть,
если не утрачен к жизни вкус,
в зрелости своё очарованье.

Время нам не повернуть назад,
но цветут как в поле незабудки,
ласковые милые глаза.
Так, друзья, поднимем свои кубки,
чтоб их не тускнела бирюза,
чтоб запечатлелась в душах чутких.

XII
Чтоб запечатлелась в душах чутких
нежная, прекрасна как мечта,
эта, неподвластная рассудку,
женская земная красота.

Понимаю, вы не все голубки.
Мы же здесь немного о другом,
ну нельзя же в душу сапогом…
и у кобр они бывают хрупки.

Сей предмет, мэм, чрезвычайно тонкий.
Сколько приоткрыть сама реши.
Это – как идёшь по острой кромке
Свечи жги, ломай карандаши,
а внутри там всё одно – потёмки,
или так и вовсе нет души.

XIII
Ты уж открываться не спеши.
Чёрт побрал бы чувства человечьи.
Пусть тебе бог Моцарт сердце лечит,
Бахуса оставим для души.

А когда дотла сгорит Земля*
Царь Нептун нам островок потушит,
где поселит родственные души.
Мы ещё «дадим стране угля».

Но не будем время торопить.
Пусть как могут вопиют кликуши,
что за деньги можно всё купить:
яхту, звездолёт, кусочек суши…
Лучше ничего не ворошить.
Господи, спаси Ты наши души!

*- согласно Священному Писанию

XIV
Господи, спаси Ты наши души!
Поп, звони во все колокола,
лей святую благодать на сушу,
чтоб сирень-черёмуха цвела.

Чтоб Судьба тобой не помыкала,
чтоб могла ты бабочкой порхать,
чтобы никогда не умолкала
в твоём сердце музыка стиха.

Жди меня. Я голубым рассветом
и с духмяным запахом полей,
золотым июльским тёплым летом,
на шестёрке розовых коней,
с южным солнцем и венком сонетов
прилечу к тебе на Юбилей.

24.09.2021г.

П.И.Чайковский

Живёт он в сердцах — русский гений.
Он – наша и радость, и грусть.
Он – вся необъятная Русь…
и он не избегнул гонений.

Что странно, гнобили свои,
титаны – «Могучая кучка»,
уж больно гавкучая сучка,
средь них особливо Кюи.

Москва, Петербург и Одесса,
полмира стоит «на ушах»,
и только российская пресса
в него за ушатом ушат…

Уж слава достигла Нью Йорка,
Парижа и Венских Плеяд,
и лишь «всемогущая горстка»
с тем маниакальным упорством
лила в душу гения яд.

Меняется время, эпохи…
Года, — как меж пальцев вода
Лишь критики скачут как блохи,
и гадят без тени стыда.

Посмотришь, такие запросы..
у этих кто сами нули,
а жалят и жалят как осы,
жужжат и жужжат как шмели.

Л. О.

Твой образ посетил меня во сне,
потом пропал, но не исчез бесследно.
Один лишь миг я видел профиль бледный,
но он и до сих пор живёт во мне.

Мелькнёт как тень знакомый силуэт,
и счастлив я, и благодарен Богу,
но вдруг исчезнет, оставляя след
в груди моей, как будто от ожога.

«Не исчезай!» шепчу я вслед ему
«О, знала б ты, как без тебя мне худо!
Вернись!» Увы, не происходит чуда.
Он молча удаляется во тьму…

И всё ж своей судьбе я благодарен
за то, что он однажды стал реален.

25.05.2021г.

К Ларе

«Не делай себе кумира … и не служи им»
/ 2 я заповедь. Ветхий Завет. Исход/
Ну же, мать, ты и выдала,
ты придумала идола.

Случилось это видимо весною,
когда ты без ветрил и без руля,
умчалась прямо в Небо на каноэ.
Видать тебе наскучила Земля.
Настроила послушливую лиру
с Шекспиром и Петраркой в унисон,
и понеслась в Эдем, забыв про сон,
петь серенады своему кумиру.
Сомнамбула, я потрясён до слёз…
душа моя, твоим чудесным даром —
талант тебе ведь даден Богом, Лара,
очнись ты, моё золотко, от грёз.
Послушай лучше как шумят берёзы.
Читаю, ажно солоно во рту…
Сдаётся мне, ты поддалась гипнозу,
и бьёшь поклоны не тому кресту.
Поверь, уж я то знаю что почём,
не раз как лось гонялся за туманом.
Признаюсь, что я очень огорчён,
бессмысленным твоим самообманом.

31.05.2021г.

КТО РАССЁК ТЕБЯ, РУСЬ

Бесконечная грусть
мне на грудь будто камень
Кто рассёк тебя, Русь? –
Мы,
своими руками…
Я решать не берусь,
как жить овцам с волками,
но живёт моя Русь и жила так веками.
Там где нива цвела,
не моргнув даже оком
Смерть косой провела
прочертив берега.
и прибилась Беда
к тем, кто был на высоком…
Между – серая мгла
на поверхность легла,
Уносилось потоком
через брешь
всё, что ты уберечь не смогла,
моя Русь, от падения в пропасть.

Нет пощады «врагу»…
Соловки и Сургут…
и попам никакого пардону.
Не пропал «скорбный труд»
во глуби горных руд, —
пот и чёрного золота тонны.
Но тебя сберегут — твой имперский статут,
кто успел впопыхах до Ментоны…..
…………………………………..
p.s.

Время быстро течёт,
воздавая почёт
всем
стригущим,
волкам и шакалам,
кто Русь дальше сечёт,
совершая расчёт
по до боли знакомым лекалам.

23.05.2021г.