Vadim Rosin

Поэзия и Проза

Posts Tagged ‘судьба’

с ГАЗ-66, с ЗИЛ-130 и проч.
«Эту бойню затеял не Бог – человек»
/В.Высоцкий. Охота на волков./
Мы не делаем зла.
Нас Судьба берегла
до сих пор,
до сих пор.
Почему же теперь
этот бог или зверь
нас стреляет в упор
в три ствола.
Мы не режем ягнят,
не приносим вреда
никому никогда.
Почему же тогда
нас сайгаков казнят
просто так, без суда,
без суда?
Мы бежим по степи —
перед нами простор,
выбиваясь из сил,
но силён их мотор,
от него не спастись,
не спастись.
Страх сочится из пор
от светящихся трасс.
Нас стреляют в упор,
в спину, в профиль и в фас.
«Велес, чада спаси!
от губительных фар!»
Кровь вскипает внутри
превращается в пар.
И погони азарт.
Я не чувствую ног.
«В темноту, в темноту
нужно только свернуть –
не сдавайся, сынок.
Грудь поймала свинец.
Ты продолжишь наш путь» —
завещает отец.
Смерти не избежать…
И сайгачий вожак
всю то волю в кулак,
развернулся… прыжок…
Кровью залит движок
и зачах, и заглох.
Его тело вросло
в лобовое стекло,
лоб и… рог.
Ну же, дети степей,
вы не знавшие плеть,
чашу воли испей
надо….
надо успеть…

Use Facebook to Comment on this Post

Меланхолия

«Когда бы зажило плечо, тянул бы лямку как медведь,
кабы к утру да умереть, так лучше было бы ещё»
/Н.А.Некрасов /

Говорят не зря: «Бог шельму метит».
Это про меня. И поделом.
Ничего другого мне не светит, —
любоваться как терзает ветер
золотые лозы за окном.

Если ты всю жизнь по тонкой кромке…
рано или поздно упадёшь…
знать бы где, то подстелил соломки.
От Судьбы как видно не уйдёшь.

Научиться б обходить ухабы.
Помечтать о прошлом не грешно,
прошлым жить – удел больных и слабых
времени назад не повернёшь.
———-
Красота слетает с тонких веток
вместе с нежным запахом левкоев,
наполняя двор осенним светом
и какой-то серою тоскою.

А душа, душа как перст… раздета,
уж сыта осенней баркаролой,
ропщет, всё назад стремится в лето —
жечь сердца, не только лишь глаголом.

16.11.2020

Use Facebook to Comment on this Post

Амадей и Антуанетта

Остались ли на свете уголки,

 где пчёлы б упивались сладким элем,

 а юноши, сражаясь на дуэлях,

скрещали бы не шпаги а смычки.

Грущу о золотом галантном веке,

когда ещё носили парики;

но это же конечно пустяки,

а взор мой в Зальцбург к музыкальной Мекке,

когда звучал из окон клавесин,

 а в реки не сливали керосин.

Тот город соляных месторождений

в те дни прославил юный вундеркинд,

а будущем великий Моцарт – гений.

Оставив мэтру  «соляные копи»,

Альпийские долины и леса,

 семья судьбу вручила Небесам, 

 решила «чудо» показать Европе.

Папаша Амадея лез из кожи

в стремлении понравиться двору.

Их принимают знатные вельможи.

А Вольфганг  демонстрировал игру,

вниманьем обласканный согретый.

Что говорить, затея удалась,

а кроме, в эти дни пересеклась

его судьба с судьбой Антуанетты.

Нас не волнует власть пока мы дети,

пока ещё мы не вкусили зла.

Когда он  поскользнулся на паркете,

и девочка подняться помогла,

(за точность слов ручаться не берусь),

малыш воскликнул: «я на ней женюсь!»

…………………………………….

Изменчива Фортуна как погода,

пристрастия толпы и  глас молвы.

И в 35 он загнан, нет исхода,

а мёртвым он лишится головы.

Она – ещё живой — через два  года.

Каприз ли то, ирония Судбы?

Но, кажется, не оборвётся нить.

Господь всё  видит из Небесных сводов

и души  их Он там соединит.

28.01.2020

………………………………………………

Use Facebook to Comment on this Post

Пагубная страсть

Стихи как сладкое вино,
как наркотический туман.
Уже всё сказано давно,
однако же неймётся нам.
И ясно всё до запятой,
едва же получив патент,
пиит изводит кислотой
из пальца высосанных тем.
Один — ручонки к закромам
Олимпа, весь на кураже,
в надежде замутить роман,
прёт к Музам прямо в неглиже.
Другой, запал чтоб не погас,
крадётся к стойлу словно тать:
давай, мол, старина Пегас…
а тот, подлец, — ни сесть, ни встать.
Я «слаб умом и телом чахл»,
с одной извилиной в мозгу,
но с божьей искоркой в очах
ужо, надеюсь, запрягу.
Я хоть снаружи неказист,
и извнутри совсем простой,
душою же, как айсберг чист,
в ней поселился Дух Святой,
и творческий огонь зажёг
освобождённый Прометей.
Нет, я не ангел, спаси Бог,
я — жертва пагубных страстей,
подобно тем любимцам Муз,
кто словом души лечат,
взваливший непосильный груз
на худенькие плечи.
Из тех избранников Судьбы,
Киприды и Амура,
из тех, кто разбивает лбы
de facto и de jure.

Use Facebook to Comment on this Post

Путь поэта

Путь поэта всегда тернист.
Нет таких, чтоб Судьба любила.
Он как сорванный ветром лист…
видно в слабости его сила.
Светоч разума скроен сам
из сомнений, из многоточий…
Знает гений ли что пророчит?
Он и нужен лишь Небесам.

Я и сам не в ладу с Судьбой,
за идеи не рвал рубаху,
без причины не рвался в бой,
всё равно угодил на плаху.
Хоть — в обход, хоть ступай прямиком,
все равно ждёт в конце расплата.
Спать ложился в постель Сократом,
просыпался – дурак дураком.

Я – и Царь, и аз есмь червь.
Я тот Каин убивший брата,
я, предавший Христа за злато,
я — Иуда и… Агасфер.
И сам Чёрт мне теперь как брат.
Да ещё теперь друг Люцифера,
и с отмычкой от Райских врат
проворачиваю аферы.

Посыпаю пеплом главу –
значит ли, что о чём-то жалею?
Я не умер и не живу,
я теперь не горю, а тлею.
Погружаюсь в закат, во тьму,
выбираю куда причалить,
возвращаюсь, зачем не пойму,
я к тому, что было вначале.

5.10. 2018г.

Use Facebook to Comment on this Post

Белая сага

посвящается моим друзьям (белым и красным) Кириллу Ривелю,
Алексею Смунёву и Димитрию Кузнецову.

Мы с потерями вышли из этого боя,
и на Родине списаны были давно.
Казаки пыль Эльзаса глотали в забое,
офицеры — в такси, на заводах Рено.

Это будет потом, а пока что ногою
став на сходни, не думали вовсе о том,
что в тот миг мы как раз превратились в изгоев,
оставляя всю прошлую жизнь за бортом.

Пониманье придёт… а пока что нам ближе
плеск в стакане и плеск бурунов за кормой.
Ну а после не раз мы мечтали в Париже,
что вот-вот и вернёмся в Россию, домой.

И друг другу клялись честью в пьяном угаре,
развернув в Ля Куполе родной триколор.
Мы присягу давали под ним Государю,
Осовец* пережили и Крымский позор.

Я для красных та самая «белая сволочь»,
фат, картёжник и бабник… пороков не счесть,
и несу всё в себе: скуку, радость и горечь,
сохранив на чужбине породу, и честь.

И останусь таким, где б меня не носило,
почитая Судьбу и ругая Судьбу,
и конечно горжусь, что родился в России,
и туда возвращусь я, хотя бы в гробу.

09.12.2017г.

* — крепость на Восточном фронте, которую во время Первой Мировой войны обороняла 13 рота
226 Землянского полка 24 июля (6 августа) 1915 года, подвергнувшаяся со стороны немцев газовой атаке и обратившая своей контратакой в бегство части немецкой дивизии. Вошла в историю как «Атака мертвецов».

Use Facebook to Comment on this Post

Красный Демон

«От канцелярщины и спячки
Чтоб оградить себя вполне,
Портрет товарища Землячки*
Повесь, приятель, на стене!

Бродя потом по кабинету,
Молись, что ты пока узнал
Землячку только на портрете,
В сто раз грозней оригинал!»
/Д.Бедный/

Ты труби, братец, громче труби,
заливай медью мёртвые уши;
и не бойся покой их нарушить…
Пусть восстанут из братских могил,
и со дна моря вступят на сушу
убиенных невинные души.
Ты тогда «Встречный марш» протруби.

Думал, время прошло,
всё быльём поросло,
и теперь позабыть я сумею,
всех, кто «сбились с пути»
думал надо простить
Ну не вечно ж платить
дочерям за грехи Саламеи.

Я из Царства снегов
в край – обитель Богов,
в Рай ступаю — на землю Тавриды.
Здесь средь гор и лесов
на двух чашах весов
всё в руках равнодушной Фемиды.

Невозможно учесть,
где бесчестье, где честь
где кровь алая, где голубая,
где здесь тыл, а где фронт,
средь Венер и ротонд
где зарыт генофонд…
лишь отчётлив здесь след негодяев,
отдававших приказ…
Рисовал я не раз
в детских снах Ад из Ведьм и Кощеев.
И вот будто стою
сам в бессмертном строю
с полусгнившей петлёю на шее.

Ты труби, братец,
громче труби,
над земным и подводным погостом
все мы страсти рабы
и злодейки Судьбы
отозвавшейся нам Холокостом,

Ну ка, первый скрипач,
стань-ка рядом поплачь
над Кремлёвской могилой Розы*,
в память тех черных дней…
………………………..
За безусых парней
ты разлейся в их честь лакримозой.

Для справки:

*-Розалия Самуиловна Залкинд (1876- 1947гг), пламенная революционерка Землячка, отличалась особой (садистской) жестокостью к русским пленным офицерам и членам их семей. Первая женщина, награждённая орденом Красного знамени. Похоронена у Кремлёвской стены.
Бела Кун – бывший военнопленный офицер австро-венг. армии, её сподвижик.
Пятаков Георгий Леонидович –русский дворянин. Сын фабриканкта.
Эти пламенные борцы за( правое?) дело, подлинные «рыцари революции» выполняли работу по избавлению Крыма от сдавшихся в плен остатков армии Врангеля. Эту «белую сволочь» они «по зову сердца» расстреливали, вешали, душили, топили в море, выполняя пожелания шефа Лейбы Давидовича Бронштейна (Троцкого), обещавшего приехать в Крым, когда он будет свободным от белогвардейцев. Доблестная тройка ( Бела Кун, Землячка и Пятаков) за один год с честью справились с поставленной задачей. По официальным данным число жертв составляло 56 тысяч человек, по другим сведениям — более 120 тыс.

Use Facebook to Comment on this Post

ШОПЕН.Последняя осень

Ну и чего ты добился? Трудился как раб на галере.
Сердце терзал, выгорая как печь изнутри…
Язва, чахотка, теперь вот ещё и холера.
Ты молодой человек, а по виду как будто старик.

Моцарт ушёл в тридцать семь, а тебе как ни как тридцать восемь.
Только не слишком ли слабо стучать стал в груди метроном?
Может быть это, Франтишек, твоя уж последняя осень.
Как бы хотелось успеть, хоть на миг возвратиться в свой дом..

Только вот Polska всё дальше, а бездна всё ближе, всё ближе
Облаком вдруг набежит и ложится на клавиши чёрная тень.
Может быть завтра напишут газеты: «Сегодня в Париже
нам приказал долго жить музыкант, композитор Шопен»

Лёгких дорог никогда не бывает к той, подлинной Славе.
Отдал ты щедрую дань непокорной капризной Судьбе,
прах свой оставив Парижу, а сердце – любимой Варшаве.
Ну а Душа, разумеется, — Богу и мне, и… Тебе…..

05.10.2015г.

Use Facebook to Comment on this Post

Бетховен. Украинская тема

Largo e mesto. p.2.Sonate №7.

После затишья нам следует ждать урагана.
Если же верить молве, то веселье — к слезам.
Стонет рояль, как охрипшая скрипка цыгана,
душу мне рвёт и тоской приливает к глазам.

В грудь проникает чредой из минорных трезвучий,
сердце тревожит их нежный славянский мотив,
только Судьба держит пульс в цепких лапах паучьих,
субдоминантой вторгаясь без спросу, встаёт на пути.

Крепкой октавою давит она, разрывает легато,
жёсткую линию гнёт, причиняя страданье и боль.
А в глубине алтаря тихо плакала муза Эрато,
глядя на то, как мораль убивает любовь.

От нижних регистров
глухих коридоров
слышны уже близко
шаги командора,
и веером искры —
узоры квинтолей
и сильные доли
ложатся в пассаж,
а группы септолей,
почувствовав волю,
пускаются в пляс.

Потом как будто лопнула струна,
и смолкла сразу скрипка у цыгана…
и в этот самый миг вошла Она –
Джульетта, Маргарита или… Ганна
А может быть пожаловала к нам
Ассоль, заметив алое на реях,
рванула голубица по волнам
в объятья романтического Грея.

Я видел чудный образ в вышине,
но слушая чарующее пенье,
переживал и радость и… сомненье:
Бог его знает, хватит ли уменья
запечатлеть прекрасное мгновенье,
которое так грело сердце мне.

13.07.2015г.

Use Facebook to Comment on this Post

достала…

всякий раз просыпаюсь от крика –
глас судьбы или крик петуха.
говорят, что судьба безлика,
и слепа, и нема, и глуха.

кто же та, что даёт надежду,
а потом причиняет боль?
я готов удавиться, но прежде
задушить бы ту курву — любовь,

в адском пламени сжечь свою нежность,
ту, что нас превращает в рабов,
и уплыть в бесконечность, безбрежность
от кисельных её берегов,
взяв в подруги себе безнадежность.

надо сделать лишь пару шагов.
……………………………………

24.04.2014г.

Use Facebook to Comment on this Post