Vadim Rosin

Поэзия и Проза

РАВЕНСТВО — ИДЕЯ ФИКС

«Революции подготавливают гении,
осуществляют фанатики, а плодами пользуются проходимцы»
/ Бисмарк /

Это выражение «железного канцлера» теперь любят повторять все кому не лень. Историки, политологи, доморощенные философы, ссылаясь на «опыт прошлого», «аргументы и факты», идеализируют эволюционный путь и отрицают революционный, забывая о том, что революции — объективный процесс, а не делаются по заказу. Это — не стихийный бунт Стеньки Разина или восстание «красных бровей и желтых тюрбанов». Восстания рабов в Китае, обычно заканчивавшиеся успешно для восставших, ничего не меняли в социальном плане. Вчерашние рабы становились господами, а господа — рабами. Революция — это коренная ломка прежних устоев, приводящая к полной замене социального строя на более прогрессивный, построение справедливого общества без рабов и господ.
Идея всеобщего равенства издавна будоражила умы. С особой силой она заявила о себе в годы Великой Французской буржуазной революции, проходившей под лозунгом
«свободы, равенства, братства». Однако не прижилась. Как ни старался Робеспьер
«уравнять» всех, даже путём отсечения головы от тела, тщетно. Даже близкие соратники
«Неподкупного» не могли удержаться от соблазна взять из казны или у просителя.
Автор «Общественного договора» Ж.Ж.Руссо и сам слабо верил в возможность установить равенство. Однако Робеспьер шёл к цели напролом и вскоре сам оказался на Гревской площади. Народ оказался не готов жертвовать благами во имя туманной идеи.
На данном этапе идея равенства потерпела фиаско, но не канула в небытие.
Похоронив монархию, буржуазия взрастила собственного могильщика – пролетариат, который вскоре установит свою диктатуру на 1/6 ой части суши. Осуществить сложнейшую задачу революционного преобразования общества ему удалось, лишь организовавшись в партию. « Если всё что есть живого и честного в России потянется в эту партию, — говорил Ленин, — мы перевернём Россию». Революция свершилась. Впервые в мире было создано государство, в котором было покончено с такой мерзостью как эксплуатация человека человеком. Народ почувствовал, вдохнул полной грудью воздух свободы. Сбывалось то, о чём мечтали Пушкин, декабристы, Герцен, Чернышевский, сбывались мечты миллионов Жизнь без господ. Человека не бьют по лицу и никто ему не говорит: «пошёл вон, дурак». А как же бывшие хозяева жизни, господа? Что с ними? Вот тут и происходит самое интересное.
Не все сразу поняли и приняли революцию, а кто-то, кто и хотел бы её принять (высшая знать), тому было отказано в праве служить ей, служить народу России. Известно, какая участь постигла царскую семью. Если Людовик XVI был предан суду и приговорён Конвентом (высший орган власти революционной Франции) к смертной казни, то бандитская расправа над последним русским императором носит явно уголовный характер и лицам, причастным к этому преступлению, история уже вынесла свой приговор. Пострадали не только гражданин Н. Романов (к тому времени Николай II уже отрёкся от престола), жена с дочерьми, врач и повар, такая же участь ждала и великих князей Михаила и Константина. Как в страшной сказке падчерицу, чекисты завозят их в лес, но не оставляют как в сказке на съедение волкам, а зверски убивают. Часто жертвами произвола становились невиновные и с «той» и с «другой» стороны, нередко доставалось интеллигенции. Гражданские войны — это тоже войны и порой более жестокие, чем обычные войны. «Чернь» мстит барам за прошлые унижения, не разбирая чинов и званий, а гордые господа всеми способами стремятся сохранить статус-кво. Пылают дворцы, пылают и хижины. Во взаимной жестокости уничтожается генофонд страны. Одни заканчивают свою жизнь у «стенки», другие в петле.
Безумие берёт верх над разумом, побеждает стихия, психология толпы.
«Всё что есть в России живого и честного» рвётся «только вперёд, только на линию огня» И таких преданных борцов за правое дело как Павка Корчагин, Виталий Бонивур выкашивают на фронтах Гражданской войны, также как и «честь имеющих» русских офицеров, присягнувших однажды на верность Государю Императору. Граждане оказались по разные стороны баррикад. Из трагедий каждой отдельно взятой семьи складывается трагедия всей страны. Воевали за СВОБОДУ и РАВЕНСТВО (кто как понимал), за ПРАВДУ ( у каждого она тоже была своя) «за землю и волю», считая, что им, (крестьянам) отдадут «без выкупа пашни господ». Не знали ещё крестьяне, воевавшие и умиравшие за марксизм, что вскоре станут действующими лицами ещё одной трагедии под названием «уничтожение кулачества как класс». Это была часть программы РСДРП. С разгромом Деникина, Колчака, Врангеля, призвавших себе в помощь Антанту, Революция ещё не закончена. Предстояла самая главная задача — построение первого в мире социалистического государства Преодоление многоукладности экономики, по мнению Ленина, могло растянуться на многие годы, но его наследники не хотели ждать и решили эту задачу в один приём, отправив не согласных «с линией партии» дорогой декабристов. Создан прецедент, который позже не раз будет повторён вождями пролетариата от его имени, при этом сам пролетариат часто ни сном, ни духом. Теоретик анархизма, русский учёный-географ, князь Пётр Кропоткин(1842 – 1921 г) писал по поводу диктатуры пролетариата: поскольку сам пролетариат осуществлять диктатуру не может в виду своей многочисленности, то он осуществляет её через своих избранников, т.е. через партию, но партия тоже представляет собой огромную армию, члены которой не могут одновременно заниматься своей профессиональной деятельностью и управлять страной, следовательно, управлением занимается особый орган ( Центральный Комитет к примеру), который выделяется в своеобразный класс, становится элитой, не доступной даже для рядовых членов партии, решения которой (правильные или не правильные) обязательны для всех. Таким образом, мы приходим от диктатуры пролетариата к диктатуре партии, а точнее к диктатуре ЦК, ( по сути аристократической форме правления), а от неё к диктатуре личности рукой подать, если избранник оказывается сильной личностью. Равенство и диктатура понятия не совместимые.
Руссо не первый мыслитель, кто мечтал о счастье для людей. Но он оказался первым, кто поднялся до высоты понимания социальных явлений, указав на причины, породившие общественное неравенство, и подсказал путь избавления человечества от оков.
Руссо делает вывод о том, что люди в первобытном состоянии не знали неравенства, поскольку ничем не обладали ( дикарь, рассуждает Руссо, не знает даже слов «порабощение», «господство»), и не узнали бы, если бы не одна роковая случайность, а именно: « некто… огородив участок земли, придумал заявить: «Это моё!» и нашёл людей достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлинно основателем гражданского общества. Именно собственность на землю, по мнению Руссо, стала источником всех человеческих бед, породило неравенство среди людей, закабаление и эксплуатацию одних другими, стала причиной классовых антагонизмов.
На этапе деспотии неравенство достигает крайней степени, « вновь превращается в свою противоположность, становясь причиной равенства: перед деспотом все равны, а именно – равны нулю» /Энгельс Ф. Анти-Дюринг. К.Маркс и Ф.Энгельс.Соч., изд.2-е, т.20, с.143.
Аристотель говорил о том, что люди не равны от природы. Одни рождаются, чтобы быть господами, другие – чтобы быть рабами. Руссо не согласен с Аристотелем, принимавшим «следствие за причину», считая, что рабство противно природе «Человек … рождается свободным, а оковы на него накладывает сила. Но, — говорит Руссо, — сила не творит право, поэтому люди обязаны повиноваться только закону. Народам нужны законы, «как старикам костыли». Он допускает различие индивидов, составляющих целое (общество). Как же решает он проблему неравенства? — А так: безоговорочное подчинение своей воли общей воле.. В случае отказа кого-либо из членов ассоциации подчиняться общей воле, … он будет к этому принуждён всем Организмом, а это означает… что его силой принудят быть свободным.«…поступать лишь под воздействием своего желания, считает Руссо, — есть рабство, а подчиняться закону, который ты сам для себя установил, есть свобода» / Руссо Ж.Ж. Об общественном договоре. М., 1969, с.165./ . Эта трактовка вполне соответствует пониманию морали, прав и свобод личности социалистического государства. Народ надо насильно тащить к счастью, как говорил В.Белинский. Руссо эту мысль подсказывает честное чувствительное сердце.
Для Руссо заключение договора есть определённый момент исторического развития на этапе перехода из естественного состояния в состояние гражданского. Руссо здесь интересует не то что есть, а как должно быть. Система « Общественного договора» — не обобщение существующего, а идеал, облечённые в одежды правовой истории.
На деле же существование свободного государства — такая же утопия, как и само существование свободы и равенства. Энгельс издевался над сочетанием слов «свободное государство», ибо, — говорил он, — «есть государство – нет свободы, есть свобода – нет государства.» / Ленин В.И. Государство и революция/
Напрашивается вывод, что проблему неравенства никакими революциями не разрешить. Значит ли это, что граждане должны терпеть всяческие злоупотребления со стороны властьпредержащих, глумление над личностью и отказаться от борьбы? Уже Руссо приходит к выводу о неизбежности восстания против угнетателей, считая этот «акт закономерным».
Ф.Энгельс в своей работе «Людвиг Фейербах и конец немецкой классической философии» приводит знаменитое положения Гегеля «Всё действительное разумно, всё разумное действительно». Этот тезис может послужить философским благословением деспотизма, полицейского государства, монархии… Правда, у Гегеля вовсе не всё, что существует является безоговорочно также и действительным. В своём развёртывании действительность раскрывается как необходимость. Но необходимое, в конечном счёте, оказывается также и разумным. А если действительность оказывается неразумной ( по мере своего развития она требует замены на нечто более совершенное), то отпадает необходимость в ней. Таким образом, гегелевское положение благодаря гегелевской же диалектике превращается в собственную противоположность: всё действительное в области человеческой истории становится со временем неразумным. По правилам гегелевского мышления тезис о разумности всего действительного превращается в другой тезис : достойно гибели всё то, что существует.
Замена феодальных отношений капиталистическими прогрессивный и закономерный акт, преподносится буржуазными учёными как нечто идеальное, не имеющее альтернативы — «общество равных возможностей». Однако человечество получило модель, при которой антагонистические противоречия достигли своей высшей точки, разрешить которые без помощи коренной ломки стало не возможно.
Итак, Социалистическая революция. Мы вернулись к тому, с чего начинали свои рассуждения о равенстве. Что бы там не говорили по поводу марксизма, правы были
теоретики коммунизма, объединившие материализм товарища Фейербаха с диалектикой господина Гегеля. Независимо от нас, мир развивается по законам диалектики, смысл которых, если коротко, в причинах возникновения противоречий и в способах их разрешения.
Общественная собственность на средства производства исключает антагонистические противоречия, предполагает равенство всех членов общества. Как же обстоит всё на самом деле?
Пролетарские вожди в стране победившего социализма, присвоив себе право распоряжаться общественным достоянием, подпитывали идею «мировой революции» в странах Азии, Африки, Латинской Америки со всей щедростью русской души, оставляя свой народ жить в коммуналках. Проповедуя аскетизм, равенство для всех, правящая элита вовсе не чуралась привилегий для себя.(госдачи, машины, пайки, оздоровительные учреждения закрытого типа для себя и членов семей и т.д.) Великая идея свободы, равенства, братства не стала материальной силой, поскольку не овладела массами, а только её частью, избранной частью.
Продолжение следует

Use Facebook to Comment on this Post

 

You can leave a response, or trackback from your own site.

Leave a Reply